Первая страница Карта сайта

Патриот

Мы познакомились с когда-то известной журналисткой Линой Линк в престижном ресторане. Ведь можно хоть раз в жизни (речь идет о нас) «позволить себе немного лишнего» — рекламный радиослоган, которым Лина неподражаемо сочным голосом зазывает отведать изысканные яства. Причем сначала все пробует сама (разумеется, задаром), чтобы ее описания экзотической снеди шли от всего сердца. И теперь Лина, как она нам призналась, совсем на жалеет, что оставила стезю политизированной газетчицы, объяснявшей народу преимущества капитализма перед социализмом.

Мы разговорились, не спеша поедая модный корм для богатеньких. Узнав, что мы немного владеем пером, Лина Линк предложила нам систематизировать и отделать наброски, над которыми она, еще будучи газетным журналистом, полгода трудилась, собирая фактический материал об одном одиозном толстосуме. Ей хотелось издать книгу, но газета перешла в руки нового хозяина, прежних сотрудников повыгоняли, денег на издание книги она не раздобыла, и теперь наброски лежат мертвым грузом. Нам она дарит их безвозмездно, только с условием, что мы упомянем ее как соавтора, что мы и делаем.

В материалах Лины речь шла о драматической судьбе ныне покинувшего наше отечество Марка Абрамовича Бульдозера (не забудьте проставлять ударение на последнем слоге). Нам показалось, что судьба этого человека весьма познавательна и отчасти занимательна и тянет даже на документальный роман, но поскольку романы мы изготовлять не умеем, вместо него предлагаем рассказ.

Итак. Марк Абрамович родился в год смерти Сталина и поэтому не мог помнить ни борьбы с «космополитами», ни «дела врачей», то есть хорошо спланированных кампаний ненависти к евреям как первейшим врагам отечества. То, что Марк Абрамович непосредственно не пережил этих кампаний, весьма неблагоприятно сказалось на его будущем, так как со всею национальной горячностью он с младых ногтей уверовал в «дружбу народов», эту самую сладкую сказку советской мифологии. В последующем его вера не раз и не два трещала по всем швам, наталкиваясь на «жида», на процентные нормы, на невозможность сделать соблазнявшую его государственную карьеру. Так что в высшей степени практический мозг этого человека вполне понимал, что здесь его никогда не полюбят, как бы он ни старался, и так будет всегда, — и тем не менее светильник детской веры не погас и даже разгорелся сильнее: дошло до того, что Марк Абрамович ощутил себя патриотом. Парадокс, конечно, но какой русский и тем паче русский еврей обделен парадоксами? Не исключено, впрочем, что дело тут не в детской вере, а просто-напросто в необыкновенной активности его натуры, которая не может удовлетвориться скромной ролью отщепенца. Ведь даже какой-нибудь бомж и тот чувствует свою принадлежность к народу и стране и возможно, что это чувство только и поддерживает в нем желание жить. Все это, разумеется, чистейшей воды гипотезы, но кто же наверняка знает, что таится в человеческой душе?..

Антисоветский переворот конца восьмидесятых застал Бульдозера в академическом институте, где он предавался мечтам о подъеме социалистической экономики с помощью математики. В высших сферах предложения Бульдозера и его коллег даже не выслушивали, поскольку дальше таблицы умножения деятели этих сфер никогда не дерзали. Хуже того, поговаривали, что институт скоро закроют за ненадобностью. Тогда и произошел решительный поворот в судьбе Марка Абрамовича: народное хозяйство разваливалось на глазах и нужно было быть полным глупцом, чтобы не ухватить хоть какой-нибудь отваливающийся кусочек — но не токмо наживы ради, а во имя преобразования неуклюжей централизованной экономики в частную, как предполагалось гораздо более эффективную, несравненно более полезную для страны и народа.

Будучи человеком многознающим и заодно хватким и решительным, Бульдозер сумел обзавестись несколькими немелкими заводами. Но к тому моменту, когда они стали его собственностью, половина станков исчезла. Это не смутило нового хозяина и он взялся за дело засучив рукава. Заводы были приведены в надлежащее состояние, поставки сырья возобновились, а коллектив с энтузиазмом включился в работу, поскольку ему были обещаны златые горы и реки полные вина. Однако, вскоре выяснилось, что покупать продукцию завода почти никто не желает — и качество не то, и ассортимент не тот, и цена разбойничья. Марк Абрамович советовался со специалистами, собирал планерки, летучки, собрания, даже митинги, но... Одни говорили, что плохи станки, другие ссылались на негодное сырье, третьи на то, что продукцию не покупают, так как ни у кого нет денег, четвертые, — что ассортимент устарел и даром никому не нужен, и т. д. и т. п.

Наконец Бульдозер сообразил, что дал маху и что так называемая реальная экономика не его удел. После этого он быстро переключился на сугубо финансовые операции и за пару лет сколотил изрядный капитал. Теперь он мог сколько-нибудь расслабиться и, хотя бы понемногу, помогать народу и стране. Начал с малого. Выкупил заграницей малоизвестную картину Кустодиева «Девочка и собачка», где на зрителя смотрели изумительно бессмысленные яркосиние глазки ребенка и такими же глазками, только потемнее, смотрел песик. Марк Абрамович подарил картину одному провинциальному музею, и музейщики отныне начинали экскурсии с этого замечательного полотна, попутно рассказывая о пережитых им приключениях, которые, впрочем, были вымышлены отчасти их бывшим владельцем и отчасти самими музейщиками. Музей стал процветать, в него потянулись любители живописи из других городов, но тут случилось непредвиденное: некий любитель, большой дока по так называемым атрибуциям, заявил, да еще в прессе, что «Девочка и собачка» лишь подражание великому художнику, и непонятно, где же профессионализм работников музея и не пошли ли они на обман сознательно и т. п. Из столицы прибыли специалисты и мнение дотошного любителя подтвердили. Репутация музея была подорвана, директоршу сняли, а Бульдозера обвинили в том, что это он соблазнил доселе ничем не запятнанных местных музейщиков ради дутой славы благотворителя, а возможно, и ради чего-то еще. Местные СМИ обсуждали скандал не менее полугода и единодушно пришли к выводу, что это было затеяно Бульдозером для отмывания денег и пора открыть уголовное дело. Дело, правда, не открыли, но здоровье Марку Абрамовичу попортили как следует.

Угомониться бы нашему герою, а он возьми да отвали куш на компьютеризацию детских домов. Через несколько месяцев обнаружилось, что половина компьютеров была разобрана и продана по частям и в детдомах появились наркотики. Когда органы опеки и прочие органы стали разбираться, наткнулись еще на одно: дети использовали компьютеры, главным образом, для поиска порносайтов... Оставшуюся технику, само собой, из детдомов вывезли, но был поднят вопрос: а не специально ли мнимые благотворители устроили эту провокацию, дабы морально и физически отравить русских детей? Бульдозера склоняли и так, и эдак и ему стоило немалых денег и опять-таки нервов, чтобы притушить скандал.

И что же вы думаете, притих Марк Абрамович? Никоим образом, так как, несмотря ни на что, считал себя патриотом. На этот раз он взялся вернуть к мирной жизни целый город. Его несчастные жители стали козлами отпущения в жестокой борьбе уголовных группировок: в бесконечных перестрелках, подрывах и поджогах мирным жителям, как обычно, доставалось больше, чем самим враждующим, — и не было этому беспределу ни конца, ни краю. И вот многоопытный Марк Абрамович лично прибывает в раздираемый партизанщиной солнечный южный город, безбоязненно вступает в переговоры с уголовными авторитетами, задаривает их большими деньгами, предлагает остроумные компромиссы и в результате достигает поразительного успеха: группировки братаются, стрельба прекращается, а самому Марку Абрамовичу на сходке авторитетов присваивается звание почетного вора в законе.

Но увы, кто же знает, как слово наше отзовется? Криминальные элементы и вправду примирились, четко разделили город на сферы влияния и все свои недюжинные силы обрушили на тех же мирных жителей, особенно отличая более состоятельных. На этот раз против Бульдозера было возбуждено дело уже совсем нешуточное: «Организация крупной преступной группировки». Опять деньги, деньги и масса нервов...

Казалось бы, впору остановиться нашему Бульдозеру, так ведь нет же — решил внести вклад в восстановление единственной в своем роде, некогда очень чтимой церкви. И ведь на доброе же дело! Не можем поднять экономику, так поднимем хотя бы духовность! Еще не успели там снять леса, уложить полы, покрасить, а уже повалил туда благодарный люд православный... Но когда все закончили и вывесили надраенную медную доску с перечнем «благоустроителей и благоукрасителей», включая, конечно, М.А.Бульдозера, народ как-то заволновался, громко зароптал про неправедные серебренники и даже про иудино семя. Пришлось новую доску ставить, уже без упоминания нашего героя, а его самого вежливо и с извинениями пригласили к самому епископу.

Бульдозер смотрел на него обиженными глазами, время от времени тяжело вздыхал и молча внимал благообразно-выразительной речи его преосвященства: «Видите ли, уважаемый Марк Абрамович, народ наш, в общем-то, добрый и отзывчивый, но не без предрассудков. Вы уж не взыщите. И еще, уважаемый Марк Абрамович, не могу не присовокупить, что святые отцы и Господь наш поучают нас, что хотя всякое даяние благо, но особливо тайное, так сказать, анонимное. А кроме того, поношения за доброе дело полезны нашей душе, ибо нет ничего выше добродетели смирения. Последнее же, смирение то есть, означает что человек почитает себя ниже всех остальных, а потому готов претерпеть любую несправедливость. Вы, уважаемый Марк Абрамович, как я понимаю, не сподобились святого крещения, так что не исключаю, что претерпеваемое вами зачтется вам взамен оного...» — епископ говорил еще что-то увещевательное и успокоительное и Марк Абрамович Бульдозер ушел от него тихий и задумчивый.

Вскоре после этого он узнал, что органы готовят против него по совокупности целый букет обвинений и, не дожидаясь худшего, внезапно растворился и чрез какое-то время объявился в краях далеких и органам недоступных. Говорят, он по-прежнему считает себя русским патриотом и даже верит в дружбу народов, правда, в виртуальном смысле. Однако вот что значит правильное воспитание ребенка.