Первая страница Карта сайта

Отбор и проблема брака. Как известно, Дарвин считал, что благоприятные для выживания и вместе с тем передающиеся по наследству изменения — это основа эволюции биологических видов, включая человека. Также известно, что гипотеза Дарвина в ее первоначальном виде не выдержала мало-мальски серьезной критики, в частности, подтверждения палеонтологическими данными (так и не были найдены останки промежуточных модификаций между видами). Тем не менее так называемый дарвинизм до сего дня держится в школьном образовании, поскольку оно всегда базировалось более на принципе «чтобы было понятно», чем на подлинной научности. Сила дарвинизма как раз и объясняется его элементарной понятностью. Между прочим: неверными по большей части оказываются «всесильные» теории.

И все же есть по меньшей мере хотя бы одна область, где отбор относительно более приспособленных и удачливых достаточно очевиден. Прежде всего мы имеем в виду поединки среди животных. Если самцы схлестнулись в борьбе за самку, то естественно, что она будет спариваться с победителем, а раз он победил, то, следовательно, его качества в чем-то превосходят качества соперников. Если же упомянутые качества победителя способны сохраняться в будущем приплоде, то, возможно, произойдет некоторое улучшение породы. Конечно, это отнюдь не значит, что таковое улучшение коснется всего вида, и не очень ясно, способствуют ли качества победителя в частном поединке выживанию вообще. Скажем, мускульная мощь, быстрота реакции и хитрость совсем необязательно обеспечат выживание при дефиците пищи и болезнях. И все же какую-то положительную роль брачный отбор играть может...

Теперь о людях. На протяжении всей известной нам культурной истории, у всех народов, существовали обычаи отбора женихов и невест. Что бы при этом ни учитывалось — физическая сила, ловкость, ум, красота, богатство, добротная наследственность и т. п., — всегда, явно или неявно, предполагалось, что та или иная характеристика будет благоприятна для семейной жизни, для жизнестойкости потомства, а также, что было важным в высших сословиях, некоторые характеристики благоприятствовали сохранению сословных черт у детей. Решающим при отборе была, как известно, воля родителей и бытовавшая в данной среде традиция. Однако длительный исторический опыт свидетельствует о том, что эта система отбора далеко не всегда приводила к ожидаемым результатам. Особенно это видно, если проследить эволюцию аристократических родов. Их жизнестойкость оказалась не столь высокой, несмотря на «разбавление» выходцами из других сословий.

Сейчас, как мы знаем, ситуация изменилась коренным образом: чаще всего отбор осуществляют сами брачующиеся (речь идет о западных странах и о России). Из чего они при этом исходят, в целом сказать трудно. Создается впечатление, что из-за недостатка жизненного опыта, знаний и случайных влияний более половины браков (официальных и неофициальных) получаются неудачными и нестойкими. Можно сказать, что прежняя культура в этой области почти разрушена и создаются новые обычаи, истинная цель которых, как и раньше, состоит в обеспечении благоприятной, хотя бы сносной, семейной жизни и жизнестойкости потомства (что, впрочем, обычно камуфлируется другими мотивами). Сами же эти новые обычаи, становящиеся общепринятыми, как хорошо известно, заключаются в «пробных» сожительствах, завершающихся — в идеале, конечно, — прочным браком. Возможно, что по мере роста знаний, позволяющих заранее определить качества партнеров (без вступления в прямую связь), «пробные» сожительства сократятся. Но пока что состояние науки и общий уровень просвещенности в этой области не внушают оптимизма.

Последнее, о чем стоит сказать, это роль церковных традиций (имеется в виду православие). Требование единобрачия, осуждение «пробного» сожительства как «блуда» (смертный грех!), акцент не на чувство, а на семейно-хозяйственную опору, внешняя регламентация интимной сферы, практикуемые духовенством, — все это противоречит убеждениям и нормам жизни наиболее активной и особенно молодой части населения. Церковные требования фактически базируются на тех обыкновениях мирской жизни, которые были свойственны далекой старине и подкреплялись социокультурным и экономическим строем тогдашнего бытия. Поэтому маргинализация и изоляция строго ортодоксальных, в отличие от ориентирующихся на современность, верующих неизбежна (что нередко происходило и раньше). Изоляция и радикализация и по другим линиям усиливается также фактическим неучастием подавляющего большинства церковных людей в церковной политике и в назначениях на различные посты в церковной иерархии. Вообще, маргинализация обычно происходит в религиозной, общественной, государственной сфере, когда большинство фактически не вовлечено в принятие важных решений, в том числе в выборные процессы.

См. также: